Владимир Губайловский

Владимир Губайловский родился в Москве. Закончил мехмат МГУ. Автор книги стихов и многочисленных статей. Лауреат премий журналов «Новый мир», «Дружба народов» и «Кольцо А». Работает программистом.

21.12.2002. Выступал в салоне «На Рублевке» на вечере журнала «Новый мир».
25.09.2003. Выступал в салоне «На Самотеке» на поэтическом вечере «По направлению к центру» (часть 1).

Персональная страница Владимира Губайловского в «Новом мире»
magazines.russ.ru/authors/g/gubajlovskij/

Персональная страница Владимира Губайловского в «Журнальном зале»
magazines.russ.ru/novyi_mi/redkol/gubail/

Персональная страница Владимира Губайловского в «Русском журнале»
www.russ.ru/authors/gybailovski.html

К стихам

Ну вот, я стою перед вами,
творец и создатель. Теперь
спасайте. Своими словами
закройте балконную дверь.

Спасите от этого шага,
иначе я просто уйду.
Но если вы только бумага,
измаранная на ходу,

но если я силы вам не дал,
простите, простите меня.
Как видно, что делал — не ведал,
не ведал до этого дня.

Опубликовано в журнале «Новый мир»
magazines.russ.ru/novyi_mi/
(№ 8 за 2000 год)

Равноденствие

Пока душа меняет кожу,
как март — слежавшийся покров,
сомненья начерно итожу
и понимаю, что здоров.

За потепленьем робким, первым
метет поземка по утрам,
и вторит напряженным нервам
вибрация оконных рам.

По барабанной перепонке
капель-бессонница стучит,
и наледь около колонки
приобретает талый вид.

Как трудно я болел зимою.
Как голову не мог поднять.
Воды налью, лицо омою,
Как хорошо, ядрена мать!

Заботы сдвинуты на завтра
и, в сущности, невелики.
Как весело, как безвозвратно
горят в печи черновики.

Судьба есть цепь инициаций.
Но у меня есть твердый план:
садить капусту, как Гораций
или как Диоклетиан.

Тревожный трепет опечаток
никак нейдет из головы.
Как совершенство, слаб и краток
день равноденствия. Увы.

Я выхожу на перепутье
и опрокидываю лес —
Земля летит на парашюте
под гулким куполом Небес.

Опубликовано в журнале «Новый мир»
magazines.russ.ru/novyi_mi/
(№ 8 за 2001 год)

* * *

Припомни свое опустевшее детство.
Немного растерянно пробормочи:
Что, милый, тебе перепало в наследство?
Пронзительный запах кошачьей мочи.
Колени и локти в порезах и цыпках
И след от шнуровки мяча на лице.
Мне это сыграют на ангельских скрипках,
Мне именно это сыграют в конце.

Опубликовано в журнале «Новый мир»
magazines.russ.ru/novyi_mi/
(№ 2 за 2003 год)